"Красавицы" ТЕАТР.DOC
Большое спасибо _vz_ и zenzinich за приглашение. И за пьесу.
Поделюсь впечатлениями и соображениями.
Признаюсь честно, я не воспринимаю новую драму, в частности, документальный театр, в частности, вербатим, как то, что способно прийти на смену старым и традиционным театральным формам , отменить их (будем говорить только о хорошем театре, для меня это сегодня, положим, - Някрошюс, Гинкас, Фоменко и его школа (Женовач, Карбаускис), Додин, можно, подумав, попытаться продолжить). Все же его возможности явно ограничены. Я принимаю его как существующую параллельно с традиционным театром очень продуктивную ветвь, в рамках которой многое можно, но, повторюсь, многое и нельзя реализовать. Для меня документальный театр - это антропологический театр. По сути, интервью, которые лежат в основе пьес, сделанных в технике вербатим - те же самые интервью, которые собирают сегодняшние историки, работающие в рамках oral history, а также антропологи и социологи, занимающиеся повседневностью. Не случайно и в гуманитарных науках, и в искусстве, в частности. в театре, практически одновременно возникла мода на "рядовое слово", была осознана его ценность и значимость. То, что больше всего меня привлекает в таких спектаклях, как "Красавицы", - это попытки персонажей разорвать оковы банальных слов и фраз - чтобы прорваться к выражению чего-то важного и сущностного, что чувствуется, но не может сказаться. Неисключительное слово, посредством которого выражается самое заветное. Ситуация интервью в спектаклях такого рода - момент истины для персонажей. Неожиданная, незапланированная остановка в ходе текущей повседневности и попытка сказать о себе - бывшем, нынешнем. Исповедальные признания, стремление понять - себя и мир.
Думается, что можно выделить две группы пьес, созданных в технике вербатим. Одна группа(туда относятся и "Красавицы"; еще из того, что я видела: "Первый мужчина", "Третьеклассник Алеша", "Про мою маму и меня") - где звучит наивное слово персонажа,пытающегося сказать что-то очень важное для себя. Отличительная черта такого рода текстов - корчащееся неуклюжее слово, внезапные и случайные озарения - простые и мудрые истины, которые вдруг высказывают эти герои, сами того не подозревая. Наивное философствование, в общем. Другая группа - где слово отнюдь не наивно, хоть и непосредственно. Это слово таких спектаклей, как "Большая жрачка", например. В общем-то, слово зощенковского типа - агрессивное, самоуверенное, в гораздо большей степени социально окрашенное.

Мне очень нравятся тексты вербатим. Сила их воздействия на зрителя несомненно больше, чем в случае с традиционными текстами,звучащими со сцены. Наверное, потому что они честные и настоящие в прямом смысле слова. Этому слову больше веришь, доверяешь, оно сильнее пронимает - часто до слез.
Реализация этих текстов на сцене мне нравится меньше. Мне почему-то кажется, что если бы спектакль по форме больше приближался к читке - это было бы лучше, выигрышнее, адекватнее с точки зрения того посыла, который содержится в этих текстах. Во всяком случае, если речь идет о спектаклях условно первого типа. Наивный тип актерской игры, который характерен для большинства спектаклей театра, абсолютно оправдан (такие тексты нельзя играть по-другому). Но, может, их вообще не нужно играть? Что это дает? Было бы логично, как мне кажется, если бы в рамках этого театрального направления произошел бы вообще отказ от все равно (!) более или менее традиционных форм театральности (костюмы, мизансцены). Тем более что если не литературоцентричность, то словоцентричность этого театра, как кажется, совершенно очевидна. К примеру, относительно давний проект "5000 любовных писем" показался мне довольно удачным во многом благодаря тому, что письма не инсценировались, а только читались. Мне кажется, что главное в таких текстах - это интонация, процесс говорения, поиска слово как таковой. А все перемещения актеров по сцене и разные формы собственно театральности только уводят от этого.
Важный момент, как мне кажется: документальные пьесы очень многое теряют, будучи просто опубликованными в журнале или книжке. Живая интонация, момент произнесения кажется мне принципиально важным. Думаю, что одно из важнейших театральных открытий документального театра, вообще новой драмы - это живое устное слово, высказывание, представленное в процессе рождения, становления и умирания.

И еще. Площадка ТЕАТР.DOC, на мой взгляд, - лучшая театральная площадка Москвы. С точки зрения атмосферы, энергетики, ощущения уюта. Там очень хорошо.